— Кандидат на зал. Борис Семёнович, наш старший партнёр. Руслан Игоревич — по сути, ваш будущий непосредственный руководитель. И Никита — он у нас отвечает за неформальную часть работы с гостями. За настроение, так скажем.
Аня привстала, поздоровалась, протянула было руку — но её руку никто не пожал. Старик пробормотал что-то одобрительное себе под нос и опустился в кресло, сложив руки на животе. Руслан смотрел молча, оценивающе, будто сверял её с каким-то списком в голове. Никита хмыкнул:
— Хорошенькая. Личико удачное, ноги вроде ничего. — Он сказал это не Ане, а Маргарите, через голову Ани, будто той в комнате не было. — Фигуру бы посмотреть. А то платье это всё прячет.
Аня застыла с недожатой рукой. Румянец пошёл по шее вверх, к ушам. Она села обратно на стул, слишком прямо.
— Не смущайтесь, — мягко сказала Маргарита. — Я предупреждала: у нас говорят прямо. Никита, не с порога, дай человеку освоиться. — И Ане, доверительно, вполоборота: — Он резкий, но, в общем, по делу. Действительно, Анна, нам нужно составить впечатление о вас целиком, а не по анкете. Резюме мы уже прочитали, оно нам понятно. Давайте отложим папку. Она вам больше не понадобится.
Егор видел, как рука жены крепче вцепилась в свою папку — единственное, что было у неё в этой комнате своё, знакомое, что связывало её с миром, где она была специалистом с дипломом, а не «фигурой, которую прячет платье». Потом пальцы разжались. Папка легла на пол у ножки стула, и Аня чуть отодвинула её носком туфли, аккуратно, будто прощаясь.
— Встаньте, пожалуйста, — сказала Маргарита. — Просто встаньте, чтобы вас было видно. Пройдитесь. Как модель, только без пафоса. Нам важна осанка, походка. Гости это считывают за секунду, ещё от дверей.
Аня встала. Прошла несколько шагов по ковру, повернулась. Она держалась — Егор видел, что она изо всех сил держится, — но плечи были чуть напряжены, а руки не знали, куда деться, и от этого она то складывала их перед собой, то опускала. Старик кивал в такт её шагам. Руслан не шевелился, только глаза двигались за ней. Никита тихо, сквозь зубы, присвистнул.
— Спину прямее, подбородок выше, — командовала Маргарита ровно, как тренер на разминке. — Плечи расправьте. Вот. Уже лучше. Ещё раз до окна и обратно. Не торопитесь, гости любят, когда идут медленно. Хорошо. Теперь снимите, пожалуйста, жакет. В зале жарко от каминов, гости не любят закрытых наглухо сотрудниц. Привыкайте сразу.
Аня замешкалась на секунду — одну секунду, — потом расстегнула пуговицы и сняла жакет. Под ним была светлая блузка. Она хотела повесить жакет на спинку своего стула, но Никита шагнул, забрал у неё вещь из рук — «давай подержу» — и не повесил, а бросил в кресло, продолжая её разглядывать. Теперь он стоял совсем близко, и Аня инстинктивно отступила на полшага, а он на полшага придвинулся, и это стало похоже на игру, в которой у неё не было хода.
— Так, — сказал Руслан. Первый раз подал голос. Голос оказался сухой, негромкий, будто он диктовал протокол секретарю. — Марго, ближе к делу. У нас в четыре гости заезжают, надо успеть. Давайте не растягивать процедуру.
— Разумеется. — Маргарита сделала пометку в планшете. — Анна, я сейчас объясню один раз, чтобы потом не возвращаться и вас не дёргать по мелочи. Часть нашей работы — телесный контакт, я вам уже сказала. Но одно дело услышать, другое — выдержать. Поэтому в оценку входит, простите за терминологию, тактильный тест. Партнёры сейчас к вам
Трудно быть отличником