сейчас были грубо сорваны с нее, он знал их на ощупь. Еще вчера вечером, пока мать была в душе, он рылся в комоде с ее бельем, нашел их и, представляя ее, мастурбировал. Он кончил прямо на ластовицу, густо заливая ее своей спермой, а потом аккуратно, тонким слоем распределил липкую жидкость по ткани, прежде чем бросить обратно в комод. И теперь эти самые трусы, пропитанные его семенем, были на ней в момент насилия. Эта мысль добила его.
Он судорожно расстегнул штаны, освобождая ноющий от напряжения член. Головка уже блестела от выступившей смазки. Он провел по ней большим пальцем, размазывая липкую влагу, и снова уставился на экран. Его мать, его родная мать, которую он привык видеть уставшей и замученной бытом, сейчас лежала на земле с раздвинутыми ногами, и из ее волосатой, растянутой чужим членом пизды вытекала чужая сперма.Иван начал яростно дрочить, глядя на этот снимок. Его рука двигалась быстро, с влажным, хлюпающим звуком. Он вспоминал запах ее трусов, когда прижимал их к лицу. Вспоминал, как кончал на ее зубную щетку, представляя, что она берет в рот его сперму. Все его тайные, постыдные ритуалы слились в один мощный, возбуждающий образ. Он мечтал увидеть ее такой — грязной, униженной, используемой. И вот его мечта осуществилась.
С губ Ивана сорвался тихий, почти животный стон. Он не чувствовал ни капли жалости или сострадания. Только дикое, всепоглощающее возбуждение, которое туманило рассудок. Он представил, как эти двое насильников врываются в ее тело, как она кричит и плачет, как ее волосатая пизда, которую он видел только мельком, когда она выходила из ванной, насаживается на чужие члены.Он перевел взгляд на другую фотографию, где было видно ее лицо крупным планом. Слезы, размазанная тушь, кровь из разбитой губы. Идеально. Именно такой он ее и представлял в своих фантазиях. Сломленной, униженной, доступной. Его рука двигалась все быстрее, яйца напряглись, подтягиваясь к основанию члена. Он чувствовал, что уже близок.— Да, мама, да... — прошептал он, глядя на экран. — Тебя трахают, как последнюю шлюху... Ты заслужила это...
Он представил, как эти двое кончают в нее, заполняя ее спермой. Представил, как их семя смешивается с его собственной, той, что он вчера так старательно втирал в ластовицу ее трусов. Эта мысль стала последней каплей.С громким, протяжным стоном Иван кончил. Его член запульсировал в руке, выбрасывая густые, белые струи спермы прямо на экран телефона, заляпывая фотографию изнасилованной матери. Он продолжал дрочить, выдавливая из себя последние капли, пока оргазм не схлынул, оставив после себя приятную, тягучую усталость.Он откинулся на спинку стула, тяжело дыша. На экране, сквозь потеки его семени, все еще была видна его мать — грязная, избитая, плачущая в лесу. Иван улыбнулся. Его мечта действительно осуществилась. И он знал, что это только начало. Теперь, когда он увидел ее такой, он захочет большего. Гораздо большего.
Часть 2 - возвращение домой
Время в лесу тянулось бесконечно. Наталья не знала, сколько пролежала на холодной земле, свернувшись в позу эмбриона. Рыдания стихли, сменившись сухими, беззвучными всхлипами. Все тело затекло и болело. Между ног саднило невыносимо, и она чувствовала, как по внутренней стороне бедер стекает липкая, уже начавшая засыхать жидкость.С огромным трудом она заставила себя пошевелиться. Сначала просто перевернулась на четвереньки, чувствуя, как кружится голова и тошнит. Ее вырвало желчью прямо на траву, рядом с осколками разбитой бутылки пива. Потом, цепляясь за ствол дерева, она медленно, по сантиметру, поднялась на ноги. Мир покачнулся перед глазами.Ее брюки и трусы валялись в грязи.
Наталья наклонилась, превозмогая боль в пояснице и
Леша пиздализ часть 2