— Кстати, сегодня твоя первая задача — привести в порядок мой кабинет. Там накопилось много мусора. — Она резко развернулась и направилась к выходу, оставив Сэма одного. Он остался сидеть на холодном полу, тяжело дыша. Он чувствовал себя загнанным в ловушку. Приказ Евы был неоспоримым, и теперь каждое его движение, каждый шаг по клубу будет сопровождаться раздражающим, возбуждающим трением кружева о его плоть. Он был под её полным контролем, и эта мысль пугала его до смерти, одновременно пробуждая в нем ту самую темную, подчиненную часть души, которую он так отчаянно пытался скрыть.
Приступив к работе, Сэм отправился мыть кабинет Евы. Каждое его движение, каждый шаг по дорогому паркету роскошного кабинета сопровождался почти невыносимым трением. Тонкое черное кружево, которое теперь стало его постоянной, вынужденной спутницей, впивалось в кожу при каждом наклоне, когда он протирал пыль с массивного стола из красного дерева, и вызывало резкие вспышки возбуждения при каждом движении бедер. Под грубой, плотной тканью рабочих брюк его тело жило своей собственной, неуправляемой жизнью. Напряжение, которое он пытался подавить, только росло, подпитываемое постоянным ощущением чужеродной ткани на своих половых органах. Эрекция становилась всё более явной. Ткань брюк натянулась в паху, образуя отчетливую выпуклость, которую было невозможно не заметить. Он чувствовал себя абсолютно обнаженным несмотря на слой одежды.
Внезапно тишину кабинета нарушил звук открывающейся двери. Сэм замер. Ева вошла в комнату с той же уверенной, властной грацией, с какой она появилась утром. Она остановилась всего в паре шагов от него, и Сэм почувствовал, как ледяной холод страха смешивается с горячим жаром стыда. Ева не произнесла ни слова. Она медленно, почти демонстративно, опустила взгляд вниз, проследив линию его напряженного тела до середины паха. Её глаза замерли на отчетливом бугре, который так бесстыдно выделялся на фоне рабочей одежды. Сэм стоял, не смея пошевелиться, чувствуя, как капля пота скатывается по его виску. На лице Евы медленно расплылась торжествующая ухмылка. В её глазах вспыхнул хищный огонек, который предвещал не только наказание, но и начало новой, еще более унизительной игры.
— Кажется, что-то явно отвлекает тебя от чистки кабинета. Ты выглядишь так, будто тебе очень тяжело справляться с этим «бременем» под брюками, Сэм. — Ева отошла к своему шкафу, открыла ящик, и из него раздался характерный, холодный лязг металла о дерево. Сэм замер. Он увидел, как она достает массивное, блестящее в свете ламп устройство. Это был пояс верности, выполненный с пугающей, почти хирургической точностью. Изделие состояло из тяжелой стальной капсулы, которая должна была полностью скрывать пенис, и широких, жестких металлических полос, которые плотно обхватывали таз, имитируя трусы. — Твой вид слишком вызывающий, Сэм, — произнесла она, и в её голосе не было ни капли сочувствия, только холодный приказ. — Ты позоришь клуб своим торчащим членом. Если ты не можешь держать себя в руках, я возьму контроль на себя.
Она подошла к нему вплотную. Сэм попытался сделать шаг назад, но Ева резко схватила его за плечо, и её сила была непреклонной. Она не давала ему выбора. Под её властным взглядом он был вынужден подчиниться. С пугающей методичностью она начала стягивать с него брюки и те черные кружевные трусики, которые он так неосмотрительно надел. Когда он остался почти нагим, дрожащим от стыда и возбуждения, холод металла коснулся его разгоряченной кожи. Ева начала прикладывать тяжелые металлические полосы к его бедрам. Нежная мягкость украденного кружева менялась на жесткую, неумолимую структуру. Он чувствовал, как устройство постепенно стягивает его талию. Затем последовал самый страшный момент. Она
В сене...