она покачала головой, все еще улыбаясь. — Просто подумала, что у Дениса больше.
В гостиной повисла тишина. Густая, вязкая, как мед. Андрей замер, чувствуя, как сердце начинает колотиться где-то в висках. Он даже не сразу осознал, что она сказала. А когда осознал, внутри все оборвалось.
Катя, кажется, тоже поняла, что сказала что-то лишнее. Она чуть напряглась, но не отстранилась.
— В смысле? — голос Андрея прозвучал хрипло, чужим голосом. — Откуда ты знаешь?
— Что знаю? — она попыталась изобразить непонимание, но вышло неубедительно.
— Что у Дениса больше. Ты сказала, что у Дениса больше, чем у этого актера.
— А, это, — она небрежно махнула рукой, но этот жест был слишком наигранным. — Он сам сказал.
— Когда?
— Когда? Да не помню... Когда-то. Может, когда в бане были, помнишь, у Олега на даче? Мы там все подшофе были, и парни мерились, у кого что больше. Денис тогда сказал, что у него... ну, ты понимаешь. Я просто вспомнила. А что?
— Ничего, — Андрей сжал зубы. — Просто интересно.
— Ты же не ревнуешь? — она повернулась к нему и заглянула в глаза. — Глупо ревновать к актеру из фильма.
— Я не ревную.
— Вот и правильно. Это просто шутка была.
Она снова положила голову ему на плечо и уставилась в экран, как будто ничего не случилось. Андрей продолжал смотреть прямо перед собой, но мысли его были далеко. В бане у Олега. Когда они там были? Года полтора назад. И она помнит этот разговор? Помнит, что именно сказал Денис о размере своего члена? И вспоминает об этом сейчас, глядя на обнаженного актера?
Но даже не это было главным. Главным был тот факт, что она сравнила. Она увидела мужской орган на экране и подумала о члене Дениса. Он отпечатался в ее памяти настолько, что она автоматически сравнивает его с другими мужчинами. Это не было похоже на простое воспоминание о пьяной болтовне в бане. Это было похоже на что-то гораздо более личное.
Ночью он снова не мог уснуть. Он лежал в темноте и прокручивал в голове этот короткий разговор, раскладывая его на атомы, анализируя каждое слово, каждую интонацию. «У Дениса больше». Больше, чем у того актера. А у того актера был внушительный орган — камера специально показала его крупным планом. Значит, у Дениса... Он не мог не думать об этом, хотя и ненавидел себя за эти мысли.
И снова, как и в прошлые разы, к боли и ревности примешивалось что-то еще. Какое-то странное, извращенное любопытство. Он пытался представить себе это. Пытался не думать — и думал. Пытался отогнать картинку — и она возвращалась. Его жена, его лучший друг, и то, о чем она якобы случайно проговорилась.
На следующий день, в пятницу, напряжение достигло пика. Андрей был рассеян на работе, не мог сосредоточиться, отвечал невпопад. Коллеги косились на него с недоумением, но никто не решался спросить, что случилось. Он ушел пораньше, сославшись на головную боль, и весь вечер провел дома один — Катя уехала к подруге. Вернулась она около девяти, веселая, с бутылкой вина и новостями.
— Маринка разводится, — объявила она с порога. — Окончательно и бесповоротно. Подала документы. Мы сидели, плакали, смеялись, вспоминали все ее закидоны с бывшим. Кошмар, конечно, но она говорит, что чувствует облегчение.
— Сочувствую ей, — Андрей принял бутылку и пошел на кухню за бокалами. — Четырнадцать лет брака — это не шутка.
— Тринадцать, — поправила Катя. — Но да, долго. Они просто перегорели. Знаешь, она сказала интересную вещь. Сказала, что секс — это
Квартирантка