— Смирнова. Переделала документы ей, когда она была маленькая. Чтобы ты не нашёл нас. Чтобы ты не смог добраться до неё. Я не показывала ей твоих фотографий. Никогда не говорила, как ты выглядишь. Говорила только, что ты — животное. Потому что ты им и был.
Настя смотрела на них по очереди. Слёзы текли у неё по лицу, но она даже не вытирала их. Лёша стоял рядом, молча, сжатый, как пружина. Его дыхание стало тяжёлым.
— А ты молчи! Ты даже не знаешь, кто ты на самом деле! Ты думаешь, ты — нормальный человек? Ты спишь со своей сестрой! Ты хочешь детей от своей сестры! Ты — урод, как и твой отец! Твой отец забрал тебя, когда тебе было четыре года. Сказал мне, что ты будешь жить с ним, а я — с ней. И если я попробую связаться с тобой или забрать тебя обратно — он убьёт её. Я не видела тебя с тех пор. Не знала, как ты выглядишь. Не знала, жив ли ты вообще. Потому что он пригрозил убить мою дочь, если я хоть раз попробую найти тебя.
Настя сделала шаг вперёд. Голос дрожал, но был полон ярости:
— Мама. Уходи.
Елена замерла.
— Что?
— Уходи из моей квартиры. И забери его с собой. — Настя показала на Виктора. — Вы оба. Вы оба лгали мне всю жизнь. Вы оба разрушили нас ещё когда мы были детьми. А теперь приходите сюда и пытаетесь снова нас разлучить? После всего, что мы прошли? После того, как мы наконец-то нашли друг друга?
Елена шагнула к ней, пытаясь обнять, голос стал отчаянным:
— Настенька, ты не понимаешь... ты в шоке. Это неправильно. Это болезнь. Я заберу тебя домой, и мы всё забудем. Я позабочусь о тебе... Я не дам тебе стать такой же, как я... Я всю жизнь боялась, что ты узнаешь правду. Боялась, что он найдёт нас.
Настя оттолкнула мать. Жёстко. Почти грубо. Елена отлетела на шаг.
— Не трогай меня! Ты боялась его всю жизнь и теперь хочешь, чтобы я боялась тебя? Ты позволила ему забрать моего брата! Ты позволила ему угрожать мне смертью, когда я была ещё ребёнком! А теперь говоришь, что это «болезнь»?! Это ты больная! Ты и он! Вы оба!
Виктор сделал шаг вперёд, пытаясь встать между ними:
— Настя, не смей так разговаривать с матерью.
— А ты кто такой, чтобы мне указывать? — Настя повернулась к нему. Глаза горели. — Ты мой отец? Или просто человек, который забрал брата и оставил меня с женщиной, которая всю жизнь меня пугала мужчинами? Ты — трус. Ты угрожал убить ребёнка. Свою дочь. И теперь приходишь в мою квартиру и делаешь вид, что имеешь право что-то решать? Ты даже не дал мне шанса узнать, что у меня есть брат. Ты сказал ему, что я умерла. Ты заставил его жить с этой пустотой двадцать лет.
Виктор внезапно размахнулся и толкнул Елену в плечо — сильно, с злостью. Она отлетела к стене, ударилась и вскрикнула. Настя в ярости бросилась вперёд.
— Не смей её трогать! — заорала она.
Лёша мгновенно оказался между ними. Он схватил Виктора за грудки обеими руками и прижал к стене с такой силой, что тот ударился затылком. Глаза Лёши были полны ярости и боли.
— Убирайся, — тихо, но очень отчётливо сказал он. Голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Убирайся из моего дома. Оба. Сейчас же.
Куколд по-русски часть 2