спросила Лена, и в ее голосе прозвучала детская, почти наивная тревога. — То, что он ревнует, значит, что Малик не согласится?
— Не знаю. Может, согласится, может, нет. Но это уже не нам решать.
Лена села рядом с ним и положила голову ему на плечо.
— Знаешь, что я сейчас подумала? — тихо сказала она.
— Что?
— Что ты лучше, чем Виктор.
— В каком смысле?
— В том, что ты действительно даешь мне свободу. Даже когда тебе больно. Даже когда ты ревнуешь. А он... он только говорит о свободе. А когда доходит до дела, оказывается, что его свобода — только для него и для его жены. А для других — извините, занято.
Сергей обнял ее. Внутри у него теплилось странное, почти горькое удовлетворение. Да, он, возможно, слабак. Да, он, возможно, ненормальный муж, который возбуждается от мыслей о жене с другим. Но он, по крайней мере, честен. Он не строит из себя гуру свободной любви. Он просто любит ее и хочет, чтобы она была счастлива. Даже если это счастье причиняет ему боль.
— Будем ждать? — спросила Лена.
— Будем ждать.
День клонился к вечеру, и они провели его вместе — по-настоящему вместе, как давно уже не проводили. После обеда, когда солнце стало мягче, они спустились к морю. Пляж был почти пуст — лишь несколько отдыхающих лениво лежали на шезлонгах под зонтами.
Лена сбросила сарафан и вошла в воду первой. Сергей задержался на берегу, глядя, как она плывёт — плавно, грациозно, оставляя за собой расходящийся след. Потом она обернулась и крикнула:
— Ты идёшь или как?
Он нырнул, и на несколько секунд мир исчез — остался только шум воды в ушах и прохлада, обнимающая тело. Вынырнув рядом с ней, он увидел её смеющиеся глаза.
— О чём думаешь? — спросила она.
— О том, что мы сто лет не купались вместе, — ответил он. — И о том, что я скучал по этому.
— Я тоже.
Она подплыла ближе, обвила его шею руками. Их тела соприкоснулись под водой — прохладные, мокрые, живые.
— Пообещай мне кое-что, — прошептала она, почти касаясь губами его уха.
— Что?
— Что завтра, что бы ни случилось, ты не уйдёшь. Не оставишь меня там одну. Физически или... морально. Обещай, что будешь ждать.
— Обещаю, — сказал он и поцеловал её. Солёный вкус моря на её губах смешался с чем-то родным, знакомым, и на мгновение мир снова стал простым и ясным.
Потом они лежали на шезлонгах, обсыхая под вечерним солнцем, и болтали о пустяках. Лена рассказывала о книге, которую читала перед сном, Сергей — о каком-то смешном случае на работе. Оба избегали главной темы, но она всё равно витала в воздухе — не давящая, а скорее будоражащая, как предвкушение праздника.
К ужину они отправились в тот самый ресторан, где всего несколько дней назад сидели с Андреем и Димой. Те не появлялись — и Сергей был этому рад. Ему нужно было время, чтобы переварить последние события, не отвлекаясь на язвительные улыбки и двусмысленные намёки.
Они заняли столик у окна, выходящего на море. Закат окрасил небо в розово-оранжевые тона, и вода казалась расплавленным золотом. Официант принёс вино, и они чокнулись бокалами.
— За нас, — сказала Лена.
— За нас, — повторил Сергей.
Вино было терпким, чуть сладковатым. Лена сделала глоток и отставила бокал.
— Знаешь, о чём я думала весь день? — спросила она.
— О Малике? — усмехнулся он.
— Нет, — она улыбнулась в ответ. — О тебе. О нас. О том, как странно устроена жизнь. Мы прожили пятнадцать лет, и я думала, что
Сайт знакомств