какое-то время смотрела в своё окно. Когда повернулась обратно, выражение потери исчезло.
«Если хочешь, я попрошу Джека назначить на проект другого человека».
«Нет. Ни в коем случае».
Я подошёл ближе.
«Я обещал, что отношения со мной не повлияют на твою работу, и сдержу слово. Ты подходишь для проекта, и я хочу, чтобы именно ты им занималась. Сделаю всё, чтобы тебе не было неловко. Можешь на меня рассчитывать».
«Хорошо. Спасибо, Коллин».
Она сделала шаг к двери и обернулась.
«Мне так жаль, Коллин».
Я больше не мог сопротивляться, подошёл и обнял её.
«Не извиняйся, Дени. Никто не виноват. Просто сейчас не наше время».
Она поднялась, нежно поцеловала меня в щёку, вытерла слезу с лица и вышла, тихо закрыв дверь.
Глава седьмая
Мы с Максом обследовали задний двор, гонялись за падающими листьями и наслаждались прохладным октябрьским вечером. Признаюсь, в основном обнюхивал Макс, а я был погружён в мысли. Накануне вечером я столкнулся с Дени в любимом баре, куда зашёл после работы с несколькими молодыми коллегами. Как и большинство случайных встреч за последние четыре или пять месяцев, эта ударила в живот и оставила меня оглушённым.
На этот раз было хуже обычного. Дени вошла под руку с молодым, высоким и объективно красивым чернокожим мужчиной, которого я знал как второстепенного местного политика. Его звали Маркус Джонсон. Юрист, член городского совета, восходящая звезда Демократической партии. А ещё в городе его считали мудаком.
Я заметил Дени сразу. Сидел спиной к бару, коллеги расположились вокруг. Мы пришли отметить повышение одного молодого сотрудника, человек десять разбились на несколько групп. Мы говорили о футболе, который никогда не входил в число моих любимых тем. Но наступил октябрь, “Янкиз” снова не попали в Мировую серию, и обсуждать было особенно нечего. Когда Дени вошла, сердце пропустило удар. Я надеялся, что она сумеет нас не заметить, но одна из женщин в команде увидела её и махнула рукой. Я оказался в ловушке.
Дени поздоровалась со всеми по очереди и представила Маркуса. Потом дошла до меня.
Я протянул руку.
«Маркус, как дела?»
«Вы двое знакомы?» — спросила Дени и тут же поправилась. «Конечно, знакомы».
«Привет, Коллин. Как ты?» — сказал Маркус.
Не мелькнула ли на лице самодовольная улыбка? Я не был уверен. Если и мелькнула, он быстро её спрятал.
«Как ты, Дени? Давно не виделись».
«Хорошо, Коллин, спасибо. В последнее время Джек часто отправляет меня в поездки. Новая работа замечательная, но путешествия утомляют».
«Джек говорит, что очень тобой доволен. Рад твоему успеху».
«Спасибо».
Несколько минут мы неловко говорили о пустяках. Мои глаза почти не покидали Дени, и она выглядела не счастливее меня. Наконец я больше не мог терпеть. Когда Дени спросила о Максе, появилась возможность уйти.
«Всё хорошо, тот же Макс. Гоняет белок и защищает меня», — сказал я. «Он, кстати, в машине, пора отвезти домой. Маркус, рад был увидеться».
Я снова пожал ему руку и повернулся к Дени, но рукопожатие казалось недостаточным. Я быстро обнял её и добавил:
«Не пропадай».
«Доброй ночи, Коллин. Постараюсь».
Но она останется чужой, полагал я, потому что эти случайные встречи должны были причинять ей такую же боль, как мне.
Конечно, с мая, когда мы решили перестать видеться, мы участвовали в нескольких деловых встречах. Но они планировались заранее, и у меня было время подготовиться. Нелегко, но легче, чем внезапно оказаться рядом.
Я ехал домой с Максом и понимал: впервые увидел Дени с другим. Она дважды сталкивалась со мной, когда я был с другими женщинами, и каждая ситуация была хуже предыдущей.
Первый раз снова произошёл у Вито, где я ужинал с Джудит. Мы сидели за обычным столиком, когда Дени вошла с другой женщиной и увидела нас.
Необычная женщина. Знакомство.