Каблуки простучали по ступеням, по вестибюлю, по коридору. Внутри пахло так же, как всегда: мел, хлорка, дешёвый кофе из автомата. Но всё воспринималось иначе. Каждый поворот коридора открывал новые лица, новые взгляды.
Она шла к аудитории, где через полчаса должна была начаться лекция декана.
И с каждым шагом понимала: что-то в ней уже изменилось. Необратимо. Бесповоротно.
Возбуждение уже не боролось со страхом — оно вплелось в него, как нить в ткань. И теперь, перед дверями, Аня не знала, чего ей хочется больше: сбежать, чтобы больше никто не видел, или войти, чтобы увидели все.
* * *
— Аня? ты?
Голос раздался совсем рядом, и она вздрогнула.
Обернулась — и наткнулась взглядом на него.
Денис.
Он стоял в паре шагов, у стены. В одной руке держал телефон, второй небрежно прятал наушник в карман дорогих джинс. Светлые волосы растрепаны, на губах — та самая ленивая улыбка, которую Аня замечала сотни раз. С первого курса. С тех самых пор, как впервые увидела его в общей лекционной толпе: красивый, самоуверенный, всегда в окружении то парней, то девчонок, которые вились вокруг него, как мотыльки.
Он всегда был недостижимым. Не злым, не высокомерным — просто существующим в другой плоскости. Он не замечал её. Ни разу. Проходил мимо, скользил равнодушным взглядом, как по пустому месту. Аня давно смирилась с этим, как смиряются с плохой погодой или скучными парами.
И вот теперь он стоял перед ней. Смотрел в лицо. И — самое странное — в его глазах не было того ленивого превосходства, с каким он обычно оглядывал девчонок. В них было узнавание. Острое, почти звериное.
— Это и правда ты, — проговорил он, и его улыбка стала шире. — А я смотрю — вроде знакомая, а вроде нет.
Аня невольно поправила курточку. Пальцы ухватились за край ткани, но тут же замерли: запахивать её, прятаться под ней сейчас было бы... неправильно. Она сдержалась, оставила куртку распахнутой.
— А мы разве знакомы? — вырвалось у неё тихо, почти растерянно.
Денис усмехнулся, шагнул ближе.
— Сложно не запомнить. Ты вчера такое шоу устроила.
Аня нахмурилась. «Шоу? Вчера?» Она лихорадочно перебирала в памяти вчерашний день: утренние пары, обратная дорога в форме через улицу, та давка у проходной... Он мог видеть её там. Мог видеть, как она шла через толпу в этой юбке. Но откуда столько интимной, собственнической усмешки?
Она не успела спросить.
— Я всё ждал, когда ты мне на глаза попадёшься, — продолжал Денис, понизив голос. — А ты, оказывается, со мной на одном потоке. Надо же.
Аня почувствовала, как щёки заливает жаром. Он говорил с ней. С ней. Тот самый Денис, мимо которого она столько раз проходила, боясь поднять глаза. И он — ждал её. В это не верилось.
— А я думала, ты меня в упор не видишь, — вырвалось у неё с неожиданной горечью.
Денис наклонил голову, разглядывая её с новым, жадным интересом.
— Я ошибался, — сказал он. — Ты умеешь прятаться. Но то, что вчера было... это уже не спрячешь.
Он окинул её взглядом — сверху вниз, задержался на груди, обтянутой прозрачной тканью, на голых бёдрах, на каблуках — и присвистнул.
— Но сегодня ты ещё откровеннее. Это что, спецзадание какое-то? Или ты просто нашла, как заставить весь универ сворачивать шею?
Аня вздёрнула подбородок. Внутри всё дрожало, но она вдруг поняла, что уходить не хочет. Хочет стоять вот так — под его взглядом, чувствовать, как он разглядывает её, как в его голосе проступает азарт.
— А тебе-то что? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал насмешливо. — Раньше не
Как я провел лето