оплетая шею Димона в «треугольник». Мускулистые, налитые силой бёдра сомкнулись в мёртвую хватку, перекрывая поток кислорода.
«Как я смогу тебя простить, когда ты мог лгать
Близким пацанам в глаза...»
Давление на сонные артерии стало невыносимым, отключая мозг от тела. Из носа Димона от напряжения хлынула кровь. На мгновение Саня почувствовал, как мощное тело противника дрогнуло и начало обмякать. Мышцы Димона расслабились и удары прекратились. Сладкая и полная победа была так близка, что Саня почти ощутил её вкус.
— Почти... держи, Сань! — крикнул кто-то из его бойцов, не в силах сдержать напряжение.
Но Димон не зря был уличным волком. Он дрался за свою жизнь в грязных подворотнях, пока Саня осваивал стойку в зале. Правил для него не существовало. Из последних сил, ведомый инстинктом смертельно раненого зверя, он впился зубами во внутреннюю часть бедра Сани, в самое уязвимое место захвата.
Невыносимая боль, похожая на удар раскалённым ножом, прошила тело Сани. Он пронзительно закричал и разжал захват. Димон, наконец, вырвался. Он откашлялся, и с побагровевшим от удушья лицом, отполз в сторону. Оба, истекая кровью, с нечеловеческим усилием поднялись на ноги, чтобы продолжить свой страшный танец.
И тут оглушительный гитарный рифф сменился настойчивым пульсом электронного синтезатора. Заиграл новый трек, ворвавшийся в пространство пляжа как звуковой шторм. Alex Megane - Turn Me On.
Женский вокал, одновременно хрупкий и полный невероятной силы, прозвучал прямым вызовом самой судьбе. Он проникал в самое нутро, заставляя кровь быстрее бежать по венам, а сердце биться в такт музыке, забывая о боли.
Let's get legendary...
Саня, хромая и сплёвывая крупинки песка и крови, чувствовал, как эти слова вливаются в него, как топливо. Он наконец-то окончательно и бесповоротно понял. Никакой честной спортивной борьбы здесь не было и не будет.
Это был бой на истребление, где все средства хороши. Где побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто готов зайти дальше. И слова песни, как будто отчеканивая его собственные мысли, диктовали ритм. Теперь каждый его шаг подчинялся этой электронной волне.
You really turn me on...
Они снова сошлись в стойке, два израненных гладиатора на арене из песка. Два человека, которые ненавидели друг друга лютой ненавистью, каждый по своей причине. И Саня вспомнил. Вспомнил свой второй бой на турнире.
Того цепкого бразильца, которого он разобрал по частям хлёсткими лоу-киками. Он вспомнил, как Глебыч кричал ему из угла: «Руби ноги! Подрубай! Он без них никто!» И он подрубал. Пока бразилец не стал хромать и не открылся для финального удара.
Теперь Саня работал с той же хладнокровной точностью, вкладывая в каждый удар весь свой накопленный за год тренировок опыт. Он не бросался в слепую атаку и не пытался вырубить Димона одним ударом. Он терпеливо, как шахматист, разгадывал его грубую, но эффективную тактику.
Каждый раз, когда Димон делал шаг вперёд, пытаясь сократить дистанцию, Саня отправлял в его опорную ногу мощный лоу-кик. Голень с глухим стуком встречалась с мышцами бедра противника, и по лицу Димона пробегала судорога. Он непроизвольно клонился на повреждённую ногу, и его хромота становилась всё заметнее.
Димон вложил слишком много сил в свою первую атаку. Выплеснул всю ярость в первые минуты боя, надеясь на быструю победу, и теперь выдыхался. Руки его опускались всё ниже, удары становились слабее и медленнее. Он пытался отдышаться, но Саня не давал ему восстановиться. Он постоянно атаковал, наносил удар и тут же уходил на безопасную дистанцию.
Кулаки Димона просто не поспевали за ним. Они рассекали воздух и попадали в пустоту, оставляя Саню в целости. Димон рычал от бессилия, пытался поймать его
Приятного аппетита